Blog: Ловец Видений (8)

Доктор Пилюлькин

  • Jan. 2nd, 2015 at 5:08 PM.

Глава 8
Великий Артефакт

Григ устроился в кресле поудобнее, сделал глоток из низкого «вискарного» стакана и открыл маленький томик со спрятанной в круг спиралью на обложке. Начал читать. Никакого предисловия, вступления, главы или части не было, как не было и имени автора. Только текст, аккуратно набранный причудливым шрифтом «Американская пишущая машинка» на плотной бумаге кремового цвета.
«Первое и главное, что тебе надо знать о Великом Артефакте, читатель – он действительно существует. Я держал его на своей ладони, но не решился сделать то, что навсегда изменило бы это мир человеческий и проклятую страну сновидений.
Быть может ты, именно ты, читающий сейчас эти строки, отыщешь Великий Артефакт и изменишь мироздание к лучшему.
Однако позволь мне вначале рассказать о себе и о моих поисках Великого Артефакта.»
Григ хмыкнул.
Он был совсем не прочь изменить мироздание к лучшему, но хотелось бы конкретики. Однако автор явно настраивался на рассказ неспешный и обстоятельный, густо усыпанный словами о Великом Артефакте, написанными с заглавной буквы для пущей важности. Григ даже подумал, не пролистать ли книжку к концу, однако решил не спешить.
Время у него было – время в Стране Снов вообще течет своеобразно. А попытка заглянуть в конец книги могла привести к нежелательным последствиям – автор всегда обидчивы, а уж в Стране Снов они способны выразить свою обиду разными способами. К примеру – книга могла показать ему пустые страницы, если он не станет читать ее от начала к концу. Или и того хуже – подсунуть дезинформацию.
Григ вернулся к тексту.
Автор, хоть и заявил о желании рассказать о себе, нигде не упоминал ни своего имени, ни других имен, ни каких-то географических названий и временных дат. Поскольку как известно, в Стране Снов все говорят на одном языке, и на нем же написаны все книги, о происхождении автора Григ мог только строить догадки. Но ему показалось – по стилю изложения, по строю книги, что автор происходил родом из США и жил в конце девятнадцатого – начале двадцатых веков. В тексте встречались и керосиновые лампы, и свечи, и электрическое освещение, а сам дух повествования был… ну, скорее – американский.
«Будучи еще ребенок лет восьми-девяти, впечатлительным и слегка склонным к меланхолии, я трудно сходился с людьми и потому тяжело переживал изменения, случившиеся с нашей семьей. Возможно это и привело к тому, что я стал посещать Страну Сновидений все чаще и чаще. И если вначале я странствовал по тайным тропам снов в туманных детских грезах, не веря в реальность Страны Сновидений, то вскоре все изменилось. В одном из своих путешествий я едва не стал жертвой отвратительных созданий, явившихся в наш мир из глубин веков и тьмы межзвездных пространств. К моему счастью, один из трех великих Хранителей, что стерегут детские души в Стране Сновидений, пришел ко мне на помощь. Будучи, как я уже говорил, ребенком одиноким и вследствии того привязчивым, я стал часто встречаться с ним, стараясь помочь в его трудах и заботах. Думаю, этому долговязому чудаку был приятен мой наивный восторг и попытки помочь, хотя ему, повелителю снега и льда, ужасных чудовищ и восхитительных эльфов, я был не более чем досадной обузой…»
Григ задумался. Оказывается, в те времена, когда писалась эта книга (лет сто назад примерно), Хранителей детской части Страны Снов было всего три? Видимо, все трое – мужчины, хотя сейчас, насколько Григ знал, среди шести Хранителей было и две женщины. Уже интересная информация! Если бы еще автор книги не был столь аккуратен в использовании имен… Но он никак и нигде не называл себя, а обитателей Страны Снов звал прозвищами: Долговязый, Поэт, Странник, Художник…
Некоторое время, как было понятно из книги, юный сноходец, обретший среди сновидений друга и покровителя, наслаждался своей тайной жизнью. Его будто влекли самые опасные и пугающие уголки мира сновидений – писал он про них с неизменным трепетом и каким-то восторженным отвращением. Кое о чем из описанного Григ слышал, кое о чем догадывался, но большая часть жизни автора проходила в таких уголках ночного мира, про которые большинство сноходцев даже не догадывались.
Его покровителя подобные интересы вначале забавляли, он даже несколько раз сопровождал юного исследователя в его экспедициях, но позже стал утрачивать к ним интерес. Видимо, тайны и загадки он любил в меру, куда больше Хранителю нравилось опекать и оберегать спящих детей. Автор же, по мере взросления и мужания, все больше и активнее путешествовал по Стране Снов. И – искал.
«Что привлекало меня в тайных глубинах этого мира, остающегося неведомым для большинства живущих? Извечная ли юношеская тяга к тайнам и загадкам? Желание понять, как и чем живет эта удивительная страна? Или же недостижимая мечта стать таким, как мой покровитель, обрести великие силы и навечно остаться жить здесь – о, недостижимая мечта о всемогуществе и бессмертии! Думаю, что все сразу, но еще и живущая во мне темная сторона человеческой сущности. Я думаю порой, что не стань я регулярным гостем Страны Сновидений, я мог бы и сам превратиться в подобие одного из тех чудовищ, что обитают здесь, пытаясь прорваться в наш мир хотя бы посредством наших кошмаров – стал бы творить отвратительные ритуалы и читать мерзкие запретные книги. Но я нашел себя среди снов, что помогло мне и в моей дневной жизни. А помощь и дружба моего несуразного, но могучего наставника, направила мои мысли по другому пути. Да, я хотел понять этот мир во всей его глубине и сложности. Но для этого мне требовалось чудо – и я стал искать его. В мрачных притонах и радужных полях, где влачили свой сон наркоманы и душевнобольные, в сияющих дворцах, где обнаженные красавицы услаждали повелителей, восседающих на тронах из алмазов и рубинов…»
Да, растечься мыслью по древу автор любил. Но Григ, потягивая виски, был готов смириться с излишней цветастостью стиля.
Автор книги где-то услышал (он с полной откровенностью признавался: «…возможно, что я и сам это придумал, отравленный парами зелья, дурманящего даже в Стране Сновидений, но помнится, что впервые это рассказал мне старый китаец, курильщик опиума, в одном из моих запутанных приключений…»), что существует некий Великий Артефакт.
Некоторые называло его Вратами, но некоторые – Ключом. Но чаще всего встречалось название «Спираль снов». Ходили слухи, что Артефакт позволяет пройти в самые таинственные места Страны Снов. Говорили и то, что он пробуждает сновидца и превращает его в сноходца, а любому сноходцу дает силы снотворца. (Автор употреблял слова «спящие», «дремлющие» и «проснувшиеся», но относил себя к «дремлющим», а своего друга-Хранителя к «проснувшимся», так что Григ легко понял терминологию). В общем, о Спирали Снов говорили многое и говорили много чего, но все сходились на том, что Великий Артефакт хранит все тайны сновидений и обладатель его обрел бы божественные силы…
Далее автор долго и складно, хотя все время уклоняясь то в воспоминания из детства, то в описание встреченных им диковин, повествовал о своем путешествии по Стране Снов в поисках Великого Артефакта. Он излазил весь город, все кварталы, включая Вечную Войну (похоже было, что только что отгремела Первая Мировая, и квартал Вечной Войны стал немыслимо мрачным местом, заполненным ядовитыми газами, грохочущими танками и концентрационными лагерями). Григ представил, как преобразила это место Вторая Мировая и поежился. Но лишь в квартале Мистических Откровений (его Григ знал, хоть и считал местом скорее занятным, чем важным), автору дали указания, где и как искать Спираль Снов.
Потом началось то, что в компьютерных играх называется «квест». Автор в компании двух приятелей-сноходцев отправился из Города через Бессонные Пустыни, Горы Безумия и Болота Кошмаров. Он описывал встреченные им по пути поселения животных – Григ сразу же вспомнил слова Клифа про то, что животные тоже видят сны и Страна Снов принадлежит не только людям. Потом текст становился сумбурнее, временами вмещая в абзац описание месячного путешествия, а после этого на три страницы расписывая интересный вид, который открылся автору при спуске через очередной Перевал Неожиданности в очередную Долину Разочарования (названия были другими, но Григ уже приобрел привычку проскальзывать взглядом все названия, набранные с заглавной буквы). Автор явно злоупотреблял громкими топонимами, и чем дальше – тем сильнее.
Где-то в пути был потерян один из спутников – причем автор упрямо называл его погибшим, хотя погибнуть в Стране Снов невозможно. Потом ушел второй – не выдержал очередного местечка «из заглавных букв» и предпочел проснуться. Автор набрал новую команду из разумных полулюдей-полуживотных (о которых писал с дивной легкостью, как о чем-то обычном) и двинулся дальше. Потом он нашел искомое место – огромный заброшенный город, где сразился с чудовищным монстром (и тут автор, до того с упоением описывающий различных уродов и монстров, отделался кратким абзацем:
«Весь вид этого создания, вся его природа – противоестественная и нереальная, были настолько омерзительны, что я едва не проснулся от одного лишь его вида. Лишь мысль о Спирали Снов, которая была так близка, и осознание того, что я никогда не рискну повторить свое путешествие снова, придали мне храбрости. Я не стану описывать вид Древнейшей Твари, сторожившей Великий Артефакт и уж тем более не буду рассказывать, как мне удалось ее победить. Это все равно никому не нужно, поскольку Древнейшая Тварь упокоилась навсегда и ее отвратительные останки гниют сейчас в Городе Ужаса. Достаточно лишь сказать, что усталый и изможденный, покрытый своей засохшей кровью и липкой слизью чудовища, я подошел к Великому Артефакту, лежащему на груди иссушенных тел и хрупких от времени костей и черепов, среди которых, увы, было столь много человеческих. Моя рука не дрогнула, когда я взял его – взял и прочитал недрогнувшим голосом заученное наизусть заклинание на языке тех времен, когда еще не было человечества…»
Григ хмыкнул и плеснул себе еще виски. Оставалась пара страниц. Немного. Все прочитанное было занятно, но никакой полезной информации не несло.
Но вот как раз на следующих страницах было самое интересное.
«Вернувшись в Город, что не заняло много времени, ибо со Спиралью Снов в руках я стал всемогущим – куда сильнее любого из моих проснувшихся друзей. Что теперь значили для меня расстояния, преграды и монстры? Ничего!
Но страх, новый страх поселился в моей душе, ибо взяв Спираль Снов в руки я постиг всю ее силу. Я понял то, что она действительно может дать – не омерзительному чудищу, либо созданному Древнейшими для охраны Артефакта, либо (и при мысли об этом меня охватывал подлинный ужас) самому бывшему одним из Древнейших, за миллионы лет лишившемуся разума и превратившемуся в воплощение чистой злобы и алчности, а человеку – разумному человеку, такому как я.
Что были теперь для меня все былые путешествия и опасности? Невинные ребячества, детские забавы. Одним движением руки я мог уничтожить любую часть Страны Сновидений. Другим – создать новую. Ничто не могло остановить меня, и все было подвластно! И чем больше я думал об этом, тем чудовищнее становились мои мечты и фантазии. Но в какой-то миг я осознал, о чем именно грежу – и с ужасом отбросил Артефакт от себя. К тому моменту я уже выстроил себе новый дом – чудовищный по размерам и архитектуре Черный Замок на границе между кварталами Вечной Войны, Телесной Радости и Летним Морем. И само расположение этого замка вызвало в моей душе растерянность и тоску.
К счастью, все те здоровые человеческие чувства, что наполняли все мое существо, перебороли тлетворные эманации, навеянные мне либо самим Великим Артефактом, либо ядовитой слизью Древнейшей Твари, в которой мне буквально пришлось выкупаться и которую я наглотался. (Ничем иным я не мог объяснить тот Замок, который сотворил в Городе и те затеи, которым собирался в нем предаваться). Возблагодарив того Бога, который отвечает за нашу жалкую планету и населяющих ее людей, я задумался, что же мне делать со Спиралью Снов? Ведь если она способна так влиять на человека опытного и сильного, то что она сотворит со случайным владельцем? А ведь отказавшись от навеваемых Артефактом искушений, я лишь отсрочил его приход в Страну Сновидений – сама природа Спирали Снов была такова, что уничтожить ее я не мог – о, горькая ирония, даже став с ее помощью всемогущим!
В растерянности и тоске я пожалел о своем долгом путешествии и о том, что победил Древнейшую Тварь. Быть может она была самым правильным хранителем Артефакта – злобная, омерзительная, но в силу слабоумия не способная или не желающая пользоваться им в полную силу.
Упав на колени я начал молиться, чего не делал уже много лет. Но то ли Господь Человеческий сжалился надо мной, то ли я смог успокоиться – решение пришло ко мне, единственно возможное и дающее хотя бы шанс Стране Сновидений.
Без гордости, но и без колебаний исполнил я свой долг.
И теперь, мой читатель, я повторю тебе главное. Первое – Великий Артефакт действительно существует. Второе – не пытайся им завладеть, ни с целью воспользоваться, ни с целью уничтожить.
Если же случайно ты увидишь круг из золотисто-черного металла, внутри которого вьется спираль – беги его как огня!
И радуйся Стране Сновидений, как радуюсь ей я на исходе своей жизни!»
Это был конец.
— Что за… — произнес Григ растерянно. – И что? И как, и где?
— Тоже расстроены? – спросила Мария.
Она уже некоторое время стояла у входа в зал и с ироничной улыбкой наблюдала за Григом.
— Все ругаются? – спросил Григ мрачно.
— О, да. Почти все. Один снотворец даже швырнул книжку об стену и пригрозил сжечь всю библиотеку. Пришлось его выставить вон.
— Выставить? Снотворца? – поразился Григ. – Но вы ведь…
— Я сноходец. Но это Библиотека. У нее есть своя… — Мария развела руками, — аура. Своя магия. Своя полиция, в конце концов. Вы не представляете себе, что может сделать с любым снотворцем библиотечный полицейский!
— У меня богатая фантазия, — мрачно сказал Григ. – Так что же, эта дурацкая книжка действительно так популярна? Почему? Кто ее автор? И кто брал ее читать?
Мария приподняла одну бровь, словно намекая на излишний поток вопросов. Но ответила спокойно и по порядку.
— Это самая популярная книга из написанных в Стране Снов. Я полагаю, что это связано с личностью автора. Я знаю, кто ее написал, но вам этого не открою, библиотека уважает всех своих авторов и сохраняет их инкогнито, если они того хотели. То же самое библиотека делает и относительно читателей.
— Понятно, — Григ встал, протянул Марии книгу. Та подошла, взяла томик из его рук. – Но все-таки, почему такой интерес? Есть хоть что-то, позволяющее считать это… сочинение… правдой?
— Может быть то, что его считают правдой снотворцы? – ответила Мария вопросом.
Григ неохотно кивнул. Спросил:
— А вы сами не слышали что-то про эту… Спираль Снов? Хотя бы – что она делает?
— Если верить автору, — охотно ответила Мария, — то Артефакт позволяет простецу проснуться и стать сноходцем, потом – подняться до снотворца. И, видимо, обрести такую мощь, что снотворец способен управлять любой точкой Страны Снов.
— Стать Богом, — сказал Григ.
Мария поморщилась, что наводило на мысль, что она относится к слову «Бог» серьезнее большинства сноходцев.
— Локальным божком, — дипломатично сказала она. – Страны Снов.
— Меня бы устроило, — кивнул Григ. – Понятно, с чего вдруг такой интерес к Артефакту. Наши снотворцы даже если и довольны жизнью, то друг другу доверять не склонны. То есть Артефакт дает настоящее всемогущество. Здорово. А хоть что-то в подтверждение слов автора имеется?
— Сходите на границу Войны, Траха и Моря, — ответила Мария.
— А! Тот самый мрачный замок! – воскликнул Григ. – Который был построен владельцем Спирали Снов, и так его устрашил, что он таинственным способом от Артефакта избавился! Как же я его не заметил-то, из своего Летнего Моря!
Мария улыбнулась и развела руками.
— Самого главного глазами не увидишь, как говорится.
— Да-да, чудовищный по размерам Черный Замок – это не самая заметная штука… — скептически сказал Григ. – Спасибо за помощь, Мария.
— Заходите еще, — дружелюбно ответила библиотекарь. – Вы занятный человек, с вами приятно поболтать.

Как и предполагал Григ, покидая такси, водитель его не дождался. Обижаться смысла не было. Сноходец заплатил ненастоящие деньги и получил ненастоящее ожидание. Все честно. Тем более, водитель наверняка не собирался его обманывать. Память рельефа коротка – он мог увидеть другого клиента и предложить свои услуги, а мог решить, что вышли все сроки ожидания, мыслимые и немыслимые.
Для самого Грига, впрочем, прошло всего полчаса времени – он понял это, поглядев на часы. Можно было возвращаться в уютное жилище Ли и Лины, где дожидался его снотворец. Но прочитанная книжка разожгла любопытство. Ну что же это, право, такое? Из-за невнятной истории, полной заглавных букв (что для Грига служило верным признаком фэнтези), снотворцы дерутся друг с другом, интригуют, собирают какие-то фракции и команды?
И Григ принял решение. Одно из тех, которые меняют жизнь, хотя сами по себе являются чепухой, пустяковиной.
Он сориентировался. Бесконечная Библиотека стояла в маленьком квартале Чистого Знания, который редко посещали даже простецы, что уж говорить о сноходцах и снотворцах. Квартал граничил со Старой Школой – одним из самых странных районов Города, а уж Старая Школа примыкала к Детской Площадке и Летнему Морю, причем как раз к тому углу, где Летнее Море граничило с Телесной Радостью. Так что если сны будут к нему благосклонны, Григ мог за какой-то час выйти на границу Моря и Траха. Там же где-то будет и Война. Когда он обнаружит точку схождения трех кварталов, то попробует выяснить, есть ли там (ну или – был ли там) мрачный Черный Замок.
Приняв решение Григ медлить не стал. Выбрал примерное направление и зашагал по улице. В принципе можно было и не выбирать, сны знали, куда он идет и рано или поздно вывели бы его в искомую точку.
Но Григ предпочитал «рано».
Быстрым уверенным шагом он двигался по улице, вдаль от Бесконечной Библиотеки. Было раннее утро – тут часто бывало раннее утро, гораздо чаще чем поздний вечер или ночь (а дня, как ни странно, не случалось почти никогда). С обеих сторон улицы (впрочем, уже через несколько шагов она как-то нечувствительно превратилась в широченный проспект) высились учебные заведения.
Тут были, наверное, все учебные заведения мира – только в искаженном, трансформированном снами виде. Григ заметил и Московский Университет, слегка искаженный, будто приплюснутый, но узнаваемый. Белые, с налетом готики, корпуса Оксфорда и Йеля; разбросанные по зеленым лужайкам небольшие здания – то ли канадский, то ли австралийский колледж; сверкающие башни новых азиатских университетов; сероватые, угрюмые здания заштатных провинциальных научных центров и институтов (быть может они и не могут похвастаться великими открытиями, но в них работают и видят сны миллионы людей, мечтающих стать великими).
Да, квартал Чистого Знания невелик. Но все-таки есть люди, которые продолжают работать даже во сне. Заглядывая в окна, Григ видел людей стоящих у досок, исписанных формулами, сидящих за компьютерами, проводящими вычисления, склонившихся над колбами и ретортами. В одном месте прямо из стены на улицу выходила исполинская труба коллайдера, наподобие тех труб-атракционов, что порой высовываются из стен северных аквапарков. Труба была прозрачной, в ней мерцала искристая тьма и временами проносился крошечный огненный шарик. Кто-то во сне ловил бозон Хиггса, не иначе…
Говорили, что если долго бродить по Чистому Знанию, то можно подсмотреть действительно интересные сцены, а то и стать свидетелем настоящего научного открытия, сделанного во сне (а потом, быть может, навсегда забытого – не всем везет проснуться вовремя, как Менделееву, чтобы записать Периодическую таблицу элементов.
Но Григ знал, что большинство открытий, сделанных во сне – полнейшая ерунда, которую и сами сновидцы-то вспоминают со стыдом или усмешкой. Поэтому он спокойно миновал маленького узкоглазого человечка, который кричал, стоя в дверях низкого белого здания: «Я нашел! Я нашел универсальное лекарство от рака, вы только посмотрите!» и пытался затащить прохожих в свою лабораторию. Пришлось даже ускорить шаг, ускользая от призывно протянутой руки.
Разумеется, средство, формулу которого Григ мог подсмотреть в сне японского фармаколога, не было универсальным лекарством от рака. Оно работало только против тридцати-сорока процентов форм, имело массу побочных эффектов и требовало нескольких лет доработки. Однако это было прорывное, потрясающее открытие, которое могло изменить человеческую жизнь, принести фармакологу Нобелевскую премию и даже изменить мировой финансовый расклад.
К сожалению, как это чаще всего и бывает, проснувшись японец не смог вспомнить деталей своего чудесного, ободряющего сна. Лишь через восемь лет он снова приблизится к своему гениальному открытию.
Но это, к счастью для Грига, осталось для него неведомым.
Григ прошел еще пол-квартала, а потом резко свернул, решив срезать дорогу через двор старого институтского здания – уж больно досаждали крики ученого за спиной, возникало глупое ощущение, что он что-то упустил или в чем-то ошибся. Григ быстро прошел через двор, миновав гуляющих студентов в мантиях (рельеф), открыл тяжелую дверь и вошел в незнакомый институт.
И остановился.
Вокруг было полутемно. Сыро. Повсюду на полу стояли лужицы воды. Остро пахло аммиаком. Низкий потолок, ряды кабинок вдоль одной стены, писсуары у другой.
— Только не это! – воскликнул Григ, хотя уже понял, что вляпался. Торопливо повернулся и распахнул дверь – но там, откуда он пришел, был уже не институтский двор, а маленькая грязная туалетная кабинка. По рыжему от отложений солей и ржавчины унитазу стекала тонкая струйка воды, на стенах незамысловатые граффити повествовали о разных людях и их разнообразных вкусах.
Григ попал в Сонный Туалет – место не опасное, но во-первых противное, а во-вторых – сложное для выхода. Несколько раз в жизни ему даже приходилось просыпаться, чтобы покинуть царство сломанных унитазов, текущей воды и мучительной неспособности пописать.
— Вот же угораздило, — тоскливо сказал Григ, возвращаясь в коридор.
Под потолком тускло светили редкие лампочки. Капала где-то вода. Кто-то тихо ругался вдалеке.
Надо было искать выход.


Теги:

  • ЛВ

Источник:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *