english version карта сайта
Сергей Лукьяненко. Официальный сайт писателя
Новости      Произведения      Циклы произведений      Русские издания книг

Пресса

«Я не хочу остаться автором «Дозоров»

image
Сборы от очередного российского блокбастера «Дневной дозор» подобрались к цифре тридцать миллионов долларов, побив при этом все мыслимые и немыслимые рекорды. «Дозоромания», охватившая все постсоветское пространство, перешагнула границы и добралась до голливудских холмов — теперь версию кинохита собираются ставить на «Фабрике грез». А заварил всю эту кашу писатель-фантаст Сергей Лукьяненко, который однажды взял и придумал Гесера, Завулона, Антона Городецкого и всяких прочих Темных, Светлых и Иных. И стал в одночасье знаменитым.

Родился Лукьяненко в Казахстане в 1968 году, окончил медицинский институт по специальности врач-психиатр. Но рука тянулась к перу, а перо к бумаге, и уже на рубеже 80-90 годов вышли первые книги писателя. За десять с небольшим лет он сделал головокружительную карьеру, а многие его романы стали культовыми. Среди них — «Лабиринт отражений», и четыре книги о Дозорах (Дневной, Ночной, Сумеречный и Последний). В 1999 году Лукьяненко стал самым молодым на нынешний день лауреатом «Аэлиты» — старейшей отечественной премии, присуждаемой за вклад в развитие фантастики, а по итогам EuroCon-2003 он был признан лучшим фантастом Европы. Сергей женат, постоянно проживает в Москве, воспитывает сына и обожает животных, поэтому в его квартире обитают два йоркширских терьера.
— Сергей, ожидали ли Вы, что ваши романы о Дозорах получат такое продолжение, и ваши книги станут пользоваться такой бешеной популярностью?

— Нет, конечно. Никто не мог этого прогнозировать — ни я, когда писал, ни издатели, когда издавали, ни даже Первый канал, когда стал снимать фильм. То есть, надежды, конечно, на успех были, на какие-то небольшие рекорды, но, разумеется, никто не думал о таких масштабах. Если бы успех можно было заранее прогнозировать, то издатели выпускали бы исключительно бестселлеры. Появление очередного мирового хита непрогнозируемо, это каждый раз происходит по неведомым законам. Новая книга задает новый тон. Выходит, скажем, «Гарри Поттер» — после этого по всему миру плывет волна книг про детей, которые обучаются магии. Потом выходит «Код да Винчи», которая пользуется феноменальным успехом — идет волна книг про разгадывание древних загадок, зашифрованных в картинах и т. д.

— История о Дозорах — это для вас философская притча о мироустройстве или просто фантастическая сказка?

— Ну, больше сказка, может быть, с элементами притчи. Я не стремился таким образом высказать свои представления о мире, и, вообще, не считаю «Дозоры» своими лучшими книжками. Да, они стали самыми популярными, так случилось. Но меня больше радует, когда в свет выходят мои новые вещи, переводятся, экранизируются — это гораздо любопытнее, потому что я не хочу остаться автором «Дозоров».

— Совпадает ли то, что Вы хотели сказать книгами, и то, что сказал Тимур Бекмамбетов в фильмах?

— Совпадает, потому что мы хотели показать противостояние добра и зла — таких двух спецслужб, если можно их так назвать по аналогии, которые работают на грани моральных норм.

— Какой фильм Вам больше понравился — первый или второй?

— Второй, конечно. Он более цельный, органичный. После успеха «Ночного дозора» интерес к проекту увеличился, соответственно увеличилось и финансирование, стало возможным добавить специальные эффекты. Причем добавить их в нужное место, а не по принципу — мы сумели это сделать, давайте куда-нибудь вставим. Здесь весь видеоряд драматургически обусловлен.

— Антон Городецкий в исполнении Хабенского соответствует Вашим представлениям об этом герое?

— Не совсем. В главной роли писатель в той или иной мере, выводит себя. Это, конечно, не значит, что я — Антон Городецкий, а Антон Городецкий — это я. Он — интеллигент, которого призвали спецслужбы и заставили делать грязные дела, поэтому он переживает, нервничает и непрерывно рефлексирует. Но трагизм героя, что еще сыграл Константин Хабенский, был усилен — в фильме Городецкий более нервный, более рефлексирующий, к тому же он стал таким «запойным». Так что книжному образу он не соответствует.

— Вы сыграли в одном из эпизодов «Дневного дозора». Как Вы себя ощущали в качестве актера?

— Это очень познавательно, но довольно тяжело, потому что эпизод, который идет на экране 10 секунд (вначале, правда он занимал секунд 30-40, но потом был сокращен) снимался целый день — с утра и до позднего вечера. То есть, было множество дублей под разными углами, с разных сторон. Все снималось, на самом деле, летом, а действие фильма происходит зимой, и окна должны были быть затянуты льдом, поэтому их сначала покрыли специальной гадостью, а потом поставили прожектора, которые создавали иллюзию яркого дневного света.

— Вы были на премьере фильма «Дневной дозор», который проходил в новогоднюю ночь?

— Я выпросил довольно много билетов на эту премьеру и подарил их друзьям, но сам не пошел. Меня не пустила жена, потому что у нас не получилось договориться с няней для ребенка. Ну, а идти одному и оставлять жену в новогоднюю ночь — свинство! И я решил, что «Дневной дозор» мы посмотрим позже.

— Сейчас вместо всяких «Чамскрабберов» и т.п. у наших подростков появились доморощенные компьютерные игрушки на тему «Дозоров» — это хорошо или плохо?

— Меня это радует — редкий пример, когда продвижение продукта осуществляется в комплексе — появляется книга, за ней фильм, потом игры, майки, фонарики и прочие сувениры. Нам, кстати, не помешало бы поучиться этому у Голливуда. Я не фанатеющий человек, но, например, люблю сериал «Симпсоны», и с огромным удовольствием покупаю повсюду трусы, футболки, носки, постельное белье с симпсонами. Это, конечно, может показаться смешным, но это мои любимые персонажи, и мне хочется, чтобы они везде меня окружали. Так что, в магазине должны еще продаваться и фигурки Дозорных — «темных» и «светлых», с фонариками, которые зажигались бы у них в руках.

— Теперь «Дозоры» будут экранизироваться на студии «20 век Фокс» в Голливуде, какое участие вы будете в этом принимать?

— Подписаны предварительные соглашения между Первым каналом и студией «20 век Фокс» о совместной постановке такой картины, в которой режиссером будет выступатьТимур Бекмамбетов, а сценаристом — я. Обе стороны будут участвовать в проекте равными деньгами и равными возможностями.

— Вы будете писать сценарий на английском?

— Сценарий я буду писать на русском. Потом он будет переведен, а далее американская сторона будет решать, устраивает ли он ее в таком виде. Если нет, то будем переделывать, дорабатывать — это совершенно обычная практика для кино, когда первоначальная идея потом подвергается трансформации. Я предвижу такую ситуацию, тем более, что действие фильма должно происходить как в России, так и в Америке, поэтому американские реалии я не смогу описать так достоверно, как нужно.

— Действие будет происходить в Америке?!

— Понимаете, согласно мифологии «Дозоров», они существуют как бы во всех городах, во всех странах мира. Это означает, что есть такой же Нью-Йоркский Дозор, Оклахомский Дозор и т.д. То есть, существует масса подобных организаций, и они между собой взаимодействуют. Ну, а далее, берем старый добрый фильм со Шварценеггером -«Красная жара», где он изображал типично русского милиционера, и начинается история про то, как «наш полицейский» приехал помогать «их полицейскому». Эту совершенно тупую схему перекладываем на язык «Дозоров» и получаем такую замечательную, понятную среднему американцу историю — русский маг приехал помогать американским магам. Для Голливуда, конечно, чем история привычней — тем лучше, инновации не приветствуются. Хотя, хочется сделать что-то оригинальное.

— А что же тогда останется от первоисточника?

— Я думаю, что в данном случае будет написан оригинальный сценарий, в который, возможно, войдут отдельные фрагменты из всех четырех «Дозоров». Не исключено, что главным героем картины станет не Антон Городецкий, а какая-нибудь одноногая негритянка.

— Что Вам проще делать — писать книгу или сценарий?

— Писать сценарий — нечто совершенно другое. Нужно просто понять, как это делается, научиться, привыкнуть. Художественный текст писать проще, потому что тут в твоем распоряжении, как мне кажется, гораздо большее количество возможностей, всегда можно объяснить все читателю закадровыми репликами. А в фильме, если это, конечно, не «Семнадцать мгновений весны», ты практически никогда не можешь использовать закадровый голос. Все надо показать на экране через действие, приходится искать довольно грубые приемы для того, чтобы передать необходимое состояние или эмоцию. Хотя, конечно, возможности кино сейчас почти безграничны.

— На афишах «Дневного дозора» внизу написано: «Детям до 12 лет просмотр без сопровождения родителей воспрещен». Почему без родителей нельзя, а с ними можно — фильм не для детишек, мягко говоря?

— Это международная практика, западный подход. В фильме есть несколько эротических сцен, несколько жестоких, и родители должны сами принять решение, позволить своему ребенку смотреть это или нет. Поэтому только в сопровождении родителей.

— Как Вы обычно работаете — кофе, трубка, музыка?

— Кофе, от трубки сейчас отказался, потому что у меня маленький ребенок. И музыка — достаточно громкая, создающая звуковой фон.

— А какая музыка?

— Рок-группы, с хорошими текстами — «Пикник», «Зимовье зверей». Иногда что-нибудь старенькое — «Аквариум», «Алиса»…

— Вы сами редактируете свои тексты?

— Нет. Обычно я пишу, проглядываю, что-то редактирую. Потом читают мои друзья, так называемые бета-тестеры — на них я проверяю все свои произведения. Затем я отдаю книгу в издательство, там смотрят еще редактор и корректор. Но все равно ошибки и смысловые ляпы порой неизбежны.

— Сколько всего у Вас книг, считали?

— Примерно 25. Я не считаю. Хотя надо бы, а то уже на полках даже не помещаются.

— А каков сейчас их общий тираж в год?

— До выхода первого фильма, то есть до 2003 года, было 500 тысяч. В 2004 году было 2,5 млн. экземпляров, то есть тираж вырос в пять раз. В прошлом году был откат, но не до прежнего уровня, а до 1,5 млн. экземпляров, но я считаю, что это достаточно хороший показатель. Ну, плюс, зарубежные издания — сейчас мои книги издают в Англии, Голландии, Испании, Португалии, Словакии, Чехии, в общем, абсолютно по всей Европе.

— На сколько языков переведены Ваши книги?

image

— На литовский, эстонский, болгарский, итальянский, французский, английский, немецкий. Кстати, очень большой успех был в Германии, там «Ночной дозор» вышел тиражом более 40 тысяч экземпляров.

— Кто переводит? Переводчики как с Вами советуются, контактируют?

— Да, конечно. У меня, например, совершенно потрясающая французская переводчица. Она очень внимательна, часто пишет, что-то уточняет, несколько раз приезжала, но по своим делам, в Москву, и мы лично встречались. Так вот она, уже после многократных переизданий у нас, нашла в моих книгах огромное количество маленьких ошибок, которые пропустили все. Например, в начале одной книги было написано, что герой живет на 8-м этаже, а дальше в тексте было: «Мы поднялись к нему на 9-й этаж…» Пришлось исправлять. Зато теперь за мои французские издания я могу быть совершенно спокоен.

— Вы пишете на компьютере, а не боитесь, что мозги электронного друга могут подкачать?

— Когда-то я писал на бумаге ручкой, на пишущей машинке, потом перешел на компьютер, и назад уже как-то не тянет. Ну, для того чтобы он не подвел, надо копировать и сохранять всю информацию. У меня была ситуация, когда я чуть не потерял почти дописанный «Лабиринт отражений» — полетело программное обеспечение, и чуть не исчезла одна-единственная версия романа, но друзья-компьютерщики с трудом спасли его. А книга как раз о компьютерах, о виртуальности, то есть, получается, что они выручили своих коллег — персонажей. Для меня это был некий знак — роман чуть было не погиб, а потом спасен.

— Снимается ли фильм по «Лабиринту отражений»? Ходили слухи, что режиссером картины будет известный клипмейкер Михаил Хлебородов, а главную роль сыграет Гоша Куценко.

— «Лабиринт отражений» еще не снимается, но я надеюсь, что в самое ближайшее время решение об этом будет принято, и фильм будет запущен. Зато был совершенно неожиданно снят фильм «Азирис Нуна» по повести «Сегодня, мама!», которую я написал 12 лет назад с Юрием Буркиным. Это такой красивый, яркий, динамичный фильм с огромным количеством компьютерной графики, путешествиями в прошлое и будущее, полетами на другие планеты, шутками, приключениями. Хорошая семейная лента, на которую можно идти с детьми — и ни дети, ни взрослые скучать не будут. Картину снял Олег Компасов, 16 марта она уже выходит в прокат. Кстати, в этой картине свою последнюю роль сыграл Спартак Мишулин. В ней приняли участие также Александр Филиппенко, Александр Лазарев-младший, Максим Аверин, Нонна Гришаева и другие.

— Как Вы относитесь к онлайновым библиотекам?

— Положительно, если они уважают права автора и не занимаются «пиратством».

— Что пишете сейчас?

— Сейчас я пишу сказочную фантастику, ироническую, о приключениях молодого герцога в изгнании, который пытается вернуть себе трон и наказать виновных — такой средневековый мир с суровыми особенностями. Но я поймал неожиданный для себя язык, который позволяет все эти мрачные вещи рассказывать довольно весело. Названия у нее пока еще нет.

— А сколько Вам нужно времени на одну книгу?

— По-разному. «Последний Дозор» я написал за 40 дней. Но это был некий спор с самим собой. Я довольно долго писал предыдущую книгу, и, услышав реплики от читателей, что, вот Лукьяненко совсем обленился и так далее, я разозлился, и решил доказать всем и себе, прежде всего, что еще умею быстро писать. Это, конечно, были очень тяжелые дни, для меня и для семьи — потому что с утра и до вечера я сидел и только работал, меня нельзя было трогать, жене приходилось справляться с ребенком и собаками одной. Но роман был написан. Ну, а максимальный срок — бывает, что книга пишется год, бывает больше. Я стараюсь в год выпускать две книги, для меня это достаточно нормальный, не потогонный режим.

— Вы очень долго прожили в Казахстане, восточный менталитет как-то повлиял на Ваше мировоззрение?

— Наверное. Алма-Ата — это не совсем уж такая глухая Азия, но все-таки страна восточная, что-то отложилось, осталось в сознании.

— Вам, наверное, было проще найти общий язык с Тимуром Бекмамбетовым, он тоже родился в Казахстане?

— Да, контакт с ним мы нашли очень быстро. Случается порой, если сценарист еще и автор книги, по которой произведение будет сниматься, то они с режиссером зачастую становятся едва ли не злейшими врагами. Потому что режиссер отстаивает свою линию, сценарист — свою, и в результате все недовольны. У нас же такого не было.

— На родине часто бываете? Чувствуется заграница?

— Вот совсем недавно я впервые за девять лет побывал в Алма-Ате и почувствовал, как все изменилось. Это всегда был очень европеизированный город, в большей мере русский. Сейчас же его русское население составляет процентов двадцать, остальные уехали, а на их место прибывают жители, в основном, из сельской провинции, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— У Вас в Алма-Ате остались друзья?

— Некоторые друзья остались, но большая часть разъехалась — кто в Москву, в Питер, кто в США, Канаду, Австралию. Самый большой «исход» был лет 10 назад, когда и мы уехали. Страна вроде бы вполне живая, с достаточно бодрой экономикой, но русское население все равно не видит для себя позитивного будущего и стремится уехать. Это при том, что казахи никогда не были ярыми националистами, и правительство придерживается очень дружественной политики. Но все меняется, и из европейского государства Казахстан постепенно превращается все-таки в азиатскую, пусть и очень продвинутую страну.

— Действие всех «Дозоров» происходит в Москве, и очень много узнаваемых мест, характерных черт. Вас так впечатлил переезд сюда?

— Наверное, какие-то вещи со стороны только что приехавшего провинциала более заметны. Например, меня поразили московские дворы, вернее их отсутствие. Я все-таки вырос на юге и там двор — непременная принадлежность дома, место, где встречаются жильцы, играют дети, где просто своя территория, жизнь. Потом — метро: такая территория вне времени и пространства, вне всего. Когда я еще жил в Алма-Ате, и только приезжал в Москву, когда заходил в метро, у меня было ощущение того, что я никуда не уезжал. Еще у меня в «Дозорах» присутствуют незарегистрированные вампиры — тоже неотъемлемое свойство московской жизни. Ну, а на самом деле сюда я переехал как-то очень легко. Мне сразу понравился город и его ритм. С огромным удовольствием я окунулся во все это, врос, и у меня сразу появилось чувство, что это именно то самое правильное место, в котором я должен находиться, и менять его я не собираюсь.

— В детстве Вы были хулиганом или отличником?

— Отличником, окончил школу с золотой медалью — все как положено, потом сразу в медицинский институт, по стопам родителей.

— А сколько Вы проработали по специальности как врач-психиатр?

— Один год.

— Во сколько лет Вы написали свою первую книгу?

— Первый рассказ я написал, когда мне было лет 18. Первая книга вышла, когда набралось несколько рассказов, повестей, наверное, к 22-м годам.

— Качество, которое Вам в себе нравится и — не нравится?

image

— В первую очередь мне нравится в себе моя безмерная скромность (Смеется). Ну, а если серьезно… Нравится, что я книжки пишу — это на самом деле дано мне свыше, тут нечем хвалиться. И вообще, хвалить себя неудобно. Вот что не нравится, так это моя лень. Я очень ленивый — могу спокойно сидеть несколько дней, недель или месяцев, не работая, хотя мог бы за это время книжку написать. Не нравится, что я вспыльчивый человек — типичный овен по гороскопу, могу завестись, поругаться. С другой стороны, я быстро отхожу. Не нравится некая легкомысленность, расхлябанность, которые во мне присутствуют.

— Чего Вы никогда не смогли бы простить?

— Это, наверное, звучит достаточно банально, но я не могу простить предательства. Правда, предательство бывает разное — бывают ситуации, когда его можно понять. Я не могу простить, когда предают из-за страха или жадности. Слава Богу, что в моей жизни это происходит редко.

— А Вы крещеный человек?

— Да, я крещеный, православный.

— Ходите в церковь?

— Реже, чем стоило бы, но хожу.

— Сколько лет сыну?

— Артему нет еще двух лет.

— Какие сказки ему читаете на ночь?

— Пока не читаем, потому что маленький, хорошо засыпает и так. Сказки ему читаем днем. Буду читать, наверное, те, что сам читал в детстве — русские народные и классические, типа «Незнайки» и т.д.

— А пишете что-то для Вашего сына?

— Обязательно напишу. Думаю, что уже в этом году.

— Он уже понимает, что папа — известный писатель?

— Нет, он этого, конечно, пока не понимает. Единственное, когда он видит меня по телевизору, то очень удивляется, что я одновременно рядом и на экране.

— Ваша жена дает вам советы, принимает участие в Вашем творчестве?

— Да, бывает. Вот, например, когда я дописывал «Последний дозор», то спросил Соню, уничтожить мне всех, чтобы больше никто не требовал писать продолжение, или оставить в живых. Она подумала и говорит: «Ты знаешь, неудобно получится: роман выйдет под Новый год, люди посмотрят фильм, потом радостно возьмут новую книжку, а там такой облом — все кончилось, всех уничтожили. Нет, не надо этого делать». Я внял ее доводам и оставил всех жить.

— У Вас есть какой-то жизненный девиз или правило, которого придерживаетесь?

— Делай, что должно, и будь, что будет.

Автор статьи: Раиса Вивчаренко

Источник: сайт «Русской Газеты»



Библиография
Фотогалерея
Email подписка на новости RSS лента новостей

«Кайноzой» — новинка 2018 года!
Продолжение серии «КВАZИ» скачать
Обложка



Новинка! Дозоры


Star Conflict — бесплатная MMO играОкунись в космические баталии




© Сергей Лукьяненко
О сайте      Контакты
Notamedia
Сайт создан компанией Notamedia